“Волчья” диета в секте Руднева

Здравствуйте, мои дорогие читатели, я продолжаю писать книгу о своем пребывании в секте Константина Руднева – “Ашрам Шамбалы”. Вот отрывок из одной главы, описывающей “волчью диету”, которую мне дали в московском Преддверии Ашрама (изложенные далее события происходили примерно в 2001 г.).

 

Фото: Наталья Кокшарова. Единственное фото из Преддверия Ашрама секты Руднева. Характерен алтарь с изображениями Константина Руднева и Автандила Ломсадзе, а еще горы коробок, прикрытые шторками. Мы сидели всегда на полу в йогических позах. Одеяла на полу были не для нашего удобства, а чтобы соседи не услышали.

 

– Наталья*, обратилась ко мне наставница, – Учитель оказал тебе большую честь! Он увидел, что тебе нужна помощь, чтобы освободить агрессивную энергию и научиться злиться, потому он назначил тебе “волчью” диету.

 

Я не знала, как реагировать, потому ответила заученной фразой:

 

– Есть, будет сделано.

 

– “Волчью” диету еще никому не назначали, кроме великой жрицы Шамбалы Шри Суби Лакшми Дэви, – продолжала наставница. – Только подумай, какую особую честь тебе оказал Учитель!

 

Говоря это, наставница почему-то криво улыбнулась, как будто она высмеивала меня:

 

– Тебе можно будет кушать только один раз в день 200 граммов говядины, которая только слегка поджарена и почти сырая. Это мясо тебе можно будет приправлять зеленью, например петрушкой или зеленым луком, но кроме этого – ничего.

 

Надо сказать, от этого что не испытывала особой гордости, гораздо сильнее было чувство страха. Садхаки смотрели на меня – кто с жалостью, а кто – и с завистью. Мясо было в Преддверии запрещенным продуктом. И мяса хотелось многим, особенно мужчинам.

 

Вечером мне не разрешили кушать вместе со всеми. С того момента я вообще больше не ела вместе с остальными, хотя я сдавала экзамены и принимала участие в практиках на еду, только есть мне было запрещено. Зато в полдень мне покупали 200 граммов говядины. Обычно, конечно не стейк, а мясо подешевле, с жилами и иногда с жиром.

 

Я шла на кухню, резала и слегка обжаривала это мясо, стараясь добавить как можно больше зелени. Когда это заметили, то ограничили доступ к зелени, чтобы я „не обжиралась“. Потом я сидела с моим обедом одна в центре садхачьей комнаты и пыталась как можно быстрее прожевать резиновое мясо, которое с голодухи мне казалось самым вкусным, что я когда-либо в жизни ела.

 

Все остальные мучились от невыносимо вкусного запаха мяса и завидовали мне, хотя на деле завидовать было нечему. Мяса было недостаточно, чтобы наесться. В 200 граммах говядины содержалось примерно 500 калорий, а этого слишком мало для того, чтобы выжить.

 

Я начала очень быстро терять вес. Я и так была очень худой, но теперь моя худоба стала просто устрашающей.

 

Так же плачевно, как и с моим весом, обстояла ситуация и с моей способностью злиться. Я как раньше не могла злиться, так не выходило и теперь.

 

Мне добавили физических нагрузок, а частности, отжиманий, но это закончились эти “практики” тем, что я обессиленно упала на живот и разрыдалась.

 

Постепенно я вошла в состояние полного отупения. Мне уже было все равно, что со мной происходит. Словно робот, я механически выполняла все, что от меня требовалось. Я не помню, сколько продолжилась эта пытка, но наставники, видимо, обеспокоенные моим состоянием, сообщили Рудневу, что со мной все плохо, и Руднев приказал отправить меня в Киевское преддверие Ашрама…

 

* Не могу уже точно сказать, как обратилась ко мне наставница: я написала – Наталья, но на самом деле это могло быть все что угодно. Мы делали “духовные практики” растождествления со своей личностью и постоянно меняли имена. Поэтому меня тогда могли меня назвать Гера, Афродита, Афина, Сраный Веник, Тупица, и так далее.

 

Фото: © Наталья Кокшарова

 

Продолжение следует.