Отлученные от Донбасса

Через пару месяцев исполняется четыре года с момента появления в Украине такого понятия, как переселенцы. Ранее чуждое для нашей сравнительно молодой страны явление возымело массовый характер задолго до начала активных боевых действий на Донбассе – как только начались первые захваты административных зданий и стало понятно, что началась вакханалия. Первыми решили бежать от произвола именно законопослушные, сознательные граждане, для которых понятия законности и верховенства права были не пустым звуком – ведь им стало понятно, что таковые на этих территориях более не действуют.

 

 

Тем не менее, пик внутренней миграции, безусловно, стартовал после массового нарушения прав человека и активных боевых действий после начала активной фазы антитеррористической операции. Люди, взяв лишь самое необходимое (часто – лишь документы и деньги), поспешно покидали свои дома в надежде, что они вернутся в них уже в скором времени. Однако их надежды не оправдались. АТО быстро переросло в непризнанную войну, а в последствии – и в замороженный конфликт, решение которого уже вовсе не предвидится.

 

 

Безусловно, подпитывая веру тех, кого это коснулось прямо, а также и патриотизм тех, кто о происходящем слышал лишь по телевизору либо от знакомых, власти (как и прежде) вещают с экранов телевизоров популистские лозунги о том, что они не отступят и сделают все ради победы. Однако сами тут же поворачиваются и подписывают соглашения, фактически переводящие ситуацию в хроническую фазу. АТО, носящую исключительно оборонительный характер (о чем теперь уже говорится открыто), власть стремится перевести в законодательное русло, поскольку продолжать утверждать о том, что происходящее является совместной операцией полиции и службы безопасности, направленной на ликвидацию терроризма становится все сложнее.

 

 

Вносятся президентские законопроекты, которые, с одной стороны, фактически продлевают основные положения ранее принятого закона об особенностях местного самоуправления в отдельных районах Луганской и Донецкой областей, а с другой – легализируют скандальные и заведомо невыгодные Украине Минские соглашения. Последние, хотя они фактически так и не заработали, все же удовлетворили запрос отдельных слоев общества в части снижения интенсивности боев. Тем не менее, под давлением противников Минских соглашений, фактически направленных на замораживание конфликта, противоречивая формулировка из закона была удалена. И закон “завис”. Стало очевидно, что протянуть такую попытку не удастся, по крайней мере в этот раз. Принимать закон без нее смысла не имеет, хотя он впервые назвал бы Россию агрессором, а ОРДЛО – ее сателлитами.

 

 

Проще говоря, даже в части банального определения того, что-же на самом деле происходит, власть не смогла продемонстрировать свою состоятельность. Что уж говорить о вещах, из сего вытекающих. О судьбе тех, кто в подвешенном состоянии уже начнет проживать пятый год, речь и вовсе не идет. Дабы замылить глаза международного сообщества (и особенно – европейских партнеров), властями были приняты фиктивные законы – к примеру, об обеспечении прав и свобод внутренне перемещенных лиц. Но эти законы, которые кроме декларирования общих фраз, никакой иной цели не имели, реально никогда не работали.

 

Хотя многие общественные объединения повсеместно сетуют о массовых нарушениях прав переселенцев и их дискриминации, носящей системный характер, я бы так не сказал. Правда в том, что позиция власти, напротив, сводится к банальному замалчиванию и игнорированию проблемы, в том числе и путем уравнивания переселенцев с другими гражданами. Безусловно, нельзя отрицать, что случаи вопиющего попрания прав переселенцев действительно имеют место, однако такое отношение власти наблюдается и к остальным гражданам, так что в этом плане выделять внутренне перемещенных лиц не стоит. Другое дело, что потребности внутренних мигрантов значительно выше и, в первую очередь, это касается жилья, однако в этом плане никаких подвижек нет. Да никто в них и не заинтересован.

 

 

Осознав это, многие возвращаются обратно на неконтролируемые территории либо вовсе покидают страну. Те же, кто на такой отчаянный шаг не решился, пытаются решить проблему своими силами, либо принимают отведенную государством роль и, продолжая снимать жилье, попросту ждут, что проблема сама рассосется. Разумеется, не позавидуешь ни первым, ни вторым, однако такова реальность: уже сейчас с уверенностью можно сказать, что и в этом году вопрос не сдвинется с мертвой точки, поскольку в бюджет снова не заложили ни копейки на решение данной проблемы. Вместо того государство готовится подавить возможный бунт своих доведенных до отчаяния граждан и укрепляет силовой блок, наращивая его финансирование.

 

Учитывая, что текущий год является последним перед началом предвыборной кампании, до смены власти, очевидно, ожидать хоть какого-то решения сложившейся ситуации, увы, не приходится. Не стоит надеяться и на сдвиги в военном конфликте на Донбассе, так как любые отступления от навязанного западом пути урегулирования ударят по имиджу правящего режима, чего он точно не допустит. Осталось лишь понять, какой он, этот «западный» путь. И тут на помощь может прийти история, ведь Украина далеко не первая страна, вопросом урегулирования конфликта которой занялись все те же игроки в лице правящих стран ЕС. Были уже Молдова с ее Приднестровьем, Босния и Герцеговина и ее Сербская Республика, Грузия и ее Южная Осетия, и так далее, а всего сто двадцать непризнанных республик, существованием которых всі занепокоєні.

 

Хорошо это или плохо для всей Украины – решать, конечно, каждому из вас. А вот для нас, переселенцев, это просто кошмар, и поверьте, потерять свой город и дом без перспективы возврата – это одно из наибольших проклятий, вообще возможных на земле. Посему не ругайте нас, что вот мол “понаехали” и там “чего-то это самое”, – уверяю, вы такой судьбе не обрадовались бы.

Александр Ретивов

Залишити відповідь