«Явка с повинной» Рената Кузьмина

По прочтении интервью заместителя генерального прокурора Украины Рената Кузьмина журналу «Фокус» (№ 33 (145) от 14 августа 2009 г. практически у всех юристов, особенно практикующих в отрасли уголовного права возникло стойкое убеждение в том, что Ренат Равелиевич публично озвучил собственную явку с повинной.

 


 

Где скрывался бывший генерал Пукач?

 

Такое устойчивое впечатление возникло после ознакомления со следующим эпизодом. На вопрос журналиста о том, могли ли быть в правоохранительных органах люди, которые все прошедшие годы знали, где скрывался недавно арестованный генерал Пукач, Ренат Кузьмин открыто признался:

 

«Почти три года назад, когда это дело было у меня в производстве, мы вышли на след Пукача в Донецкой области и хотели его задерживать. Но как-то странно получилось, что перед самой этой операцией у меня дело забрали».

 

Вот те на… Ни для кого не является откровением, что Алексей Пукач – обвиняемый в совершении особо тяжкого преступления огромного общественного резонанса – убийстве журналиста Георгия Гонгадзе, находился в розыске несколько последних лет. Правоохранительные органы сбились с ног, разыскивая его. А ведь заместитель генерального прокурора все это время знал, что Пукач без особого труда скрывается в родной для Рената Кузьмина Донецкой области. И он даже в свое время готовил соответствующую операцию по задержанию Пукача.

 

Ренат Равелиевич здесь же достаточно прозрачно намекнул на виновников незадержания Пукача: «Но как-то странно получилось, что перед самой операцией у меня это дело забрали». Ибо в связи с вышеизложенным следует однозначно понимать: задержись дело еще немного у команды Кузьмина – и Пукач был бы со дня на день задержан, а так – забрали и «все пропало».

 

С точки зрения закона, здравого смысла и этики поведения сотрудника правоохранительного органа, более того – одного из руководителей Генеральной прокуратуры, подобное заявление для Кузьмина самоубийственно… По крайней мере, таковым бы оно было в условиях доминирования концепции правового общества.

 

В Украине, похоже, публика все «схавает», как обычно

 

Ведь если вдуматься, заместитель генерального прокурора Украины три года владел информацией о местонахождении особо опасного преступника и ничего не делал для его задержания.

 

Ладно, была высказана «отмазка». Дело забрали, и тем самым якобы сняли с Кузьмина всю ответственность за дальнейшие результаты, приняв ее на себя. К слову сказать, дело в данных условиях мог забрать у одного замгенпрокурора и передать другому замгенпрокурора исключительно Генеральный прокурор Украины либо (в случае отпуска либо болезни) исполняющий его обязанности.

 

Потому Ренат Равелиевич здесь прямо обвиняет своего единственного и прямого начальника – Генпрокурора. И попутно – коллег одного с собой уровня служебной лестницы (замгенпрокуроров), которые дальше расследовали это дело чуть ли не в прямом содействии Пукачу. Точнее, не обвиняет, а пытается обвинить. Причем он делает это настолько глупо и нелепо с точки зрения своего жизненного и служебного опыта, что возникает вопрос в адекватности поведения «борца с преступностью» Рената Равелиевича.

 

Должность заместителя генерального прокурора Украины, независимо от находящихся в производстве дел и закрепленного участка работы предполагает не только наличие практически несоизмеримого должностного влияния во всей совокупности полномочий, но и прямых обязанностей по прекращению преступлений.

 

Так, например, рядовой сотрудник милиции, даже находящийся на отдыхе во внерабочее время обязан в случае совершения преступления задержать с поличным лицо, совершающее преступление. Не сделай этого – можешь сам оказаться на скамье подсудимых.

 

Что мешало Кузьмину принять меры к задержанию преступника?

 

И уж тем более, заместитель генерального прокурора Украины, в пределах полномочий которого практически немедленно мобилизировать огромное количество не только своих прямых подчиненных и прокуроров на уровне областей и ниже, но и сотрудников иных силовых ведомств – например МВД, СБУ. Последние «ходят» под прокуратурой, осуществляющей надзор за деятельностью последних. Заместитель Генерального прокурора имел все возможности для организации задержания столь «креативного» преступника независимо от «забранного» дела.

 

Кто бы позволил мешать и препятствовать замгепрокурору в подобной ситуации? Кто мог бы упрекать его в превышении полномочий? Вопреки всему, лично задержать и доставить Пукача в наручниках – за это можно было бы и на Героя Украины рассчитывать. И вообще покрыть себя неувядаемой славой. О подобном подвиге можно только мечтать и к нему стремится. А уж Рената Равелиевича в отсутствии тщеславности не упрекнешь. Тем более, что самому делать ничего не нужно, кроме телефонно-документального общения и напоминания (если кто бы тормозил) о своем статусе и важности поставленной задачи.

 

Ладно, допустим ситуацию, при которой Ренат Равелиевич решил действовать в пределах закона и не посягать на чужую вотчину. Но владея подобной информацией о местонахождении преступника – даже операцию по задержанию готовили, что говорит о высокой степени достоверности и не имея процессуальных полномочий (гипотетически, ибо у замгенпрокурора они всегда есть) – следовало бы подать рапорт Генеральному прокурору Украины об имеющихся оперативных данных. И не один, а несколько (если бы не было реакции). Или, на худой конец, озаботить письмом-поручением Службу безопасности Украины или Министерство внутренних дел Украины: «имеется информация, проверьте, возьмите в разработку, сообщите…».

 

Но ничего этого не было

 

По крайней мере, следов такой «деятельности» не осталось и о ней не упоминается. Иначе Ренат Равелиевич мог бы со спокойной совестью и сознанием исполненного долга сказать: «я же предупреждал, писал, заявлял. Вот копии рапортов и писем, зарегистрированные, исходящие, входящие, вот ответы, отписки. Но ни Генпрокурор, ни заместитель, курирующий это дело, ни председатель СБУ ни Министр внутренних дел пальцем о палец не ударили, чтобы задержать Пукача». За это подлецов-укрывателей преступника – под суд. Или, как минимум, в отставку.

 

А так, получается, как в пошлом анекдоте: знаю, но молчу…

 

Подобные «мемуары» выглядят не только глупо, но и преступно. Мы уже говорили, что при своей должности Ренат Равелиевич просто не имел права, владея подобной информацией, ничего не делать в пределах полномочий.

 

А вдруг бы Пукач за это время кого-нибудь еще грохнул? Скажем, самого Рената Равелиевича. Поступок бывшего генерала МВД был бы вполне логичен. Свидетели-знатоки, да еще и такого уровня, не нужны. Или Пукач устроил бы теракт. А что ему терять? Семь бед – один ответ. Или, что тоже логично – избавляясь от свидетелей, он отправил бы на тот свет случайно опознавших самого себя и не скрывших эмоции нескольких рядовых граждан.

 

Почему знал, но молчал?

 

Подобные откровения о «познаниях» Кузьмина являются явкой с повинной, прямым признанием в соучастии и пособничестве преступнику Пукачу. Минимально, за время задержки с поимкой Пукача следствие уже понесло определенные невозвратимые убытки. Временной фактор существенно разрушает доказательную базу. Свидетели забывают события, улики теряют доказательные свойства и пр. Пукачу уже следует благодарить «всезнающему» замгенпрокурора и сожалеть о свыше дарованной и потерянной возможности «слинять». За три года можно было кругосветное путешествие совершить.

 

Потому Генеральный прокурор Украины, прочитав интервью в «Фокусе», немедленно, в тот же час уже должен был сместить своего зама с должности и допрашивать на предмет выяснения описанных нами обстоятельств. Почему знал, но молчал?

 

Может, кто-то замгенпрокурора Кузьмина запугал и заставлял молчать, скрывая местонахождение Пукача? Традиционно, на «злочинну владу» в лице экс-президента Украины Леонида Кучмы «испуг» не спишешь. Времена, на которые пришлись «знания», были уже «помаранчевые». Разве (как версия) – сам Пукач запугал Кузьмина. И ступор у последнего прошел лишь после осознания того, что носитель угрозы уже опасности не представляет.

 

Иного оправдания молчанию замгенпрокурора нет

 

Иных оправдательных мотивов столь длительного (трехлетнего) осознанного молчания Кузьмина нет и быть не может. Разве что он мог «забыть» о такой информации. Подумаешь, для замгенпрокурора мелочь какая… Всех генералов МВД, убивающих журналистов, что, заметим, вызвало невиданный резонанс во всем цивилизованном мире, и не упомнишь…

 

Если Кузьмин знал о местонахождения Пукача, но молчал без каких-либо мотивов – значит, сообщник убийце и пособник. Если знал, но молчал по причине запуганности кем-либо или забыл – то кому нужен такой замгенпрокурора?

 

Мало ли кто его еще запугает или мало ли что он еще забудет или уже забыл… Пугливым склеротикам следует лечится электричеством, а не потешать публику подобными интервью, рассказывая «сказки», интеллектуально соответствующие уровню тех, которые обычно рассказывают участковым милиционерам пойманные за кражей магнитолы из автомобиля обкуренные наркоманы-малолетки… Пока что, Кузьмин явно неадекватен происходящему.

 

Предполагать, например, что причиной откровений Рената Равелиевича является банальная жажда славы и желание «зарисоваться» перед публикой своими «знаниями», нереализованными из-за происков врагов мы даже не беремся. Это будет вообще глупо. Такой человек, с таким влиянием и харизмой – и такие дешевые понты.

 

Но смеем предположить, что широкая публика не удивится, если в будущем окажется, что Кузьмин знал и даже готовил операцию по задержанию, если бы дело «вредители» не забрали отравителей Ющенко. Или он знал о местонахождении Лозинского, но «вспомнит» об этом после задержания злоумышленников, попутно жалуясь на врагов и недоброжелателей, ежеминутно плетущих интриги против борца за правое дело.

 

Убеждаешься в истинности рекламы: «лучше жевать (в других вариантах – лучше сосать) чем говорить». Жаль, что Ренат Равелиевич не смотрит телевизор, иначе бы усвоил эту простую истину, и в очередной раз не выставил себя на посмешище не только перед искушенными в вопросах права и полномочий коллегами, но и перед простыми обывателями, способными к минимальным логичным умозаключениям, дабы увидеть несовместимые со здравым смыслом предпосылки и тезисы, озвученные в интервью.