Новая услуга БМ Банка – вежливое ограбление!

  Прав был великий Булгаков, почти столетие назад говоря устами профессора Преображенского: «Разрухи быть не может, разруха не в клозетах, а в головах. Если каждый будет заниматься своим делом – никакой разрухи не будет». Этот же тезис с успехом может быть применен и в нынешние дни, просто достаточно заменить слово «разруха» из цитаты Булгакова на слово «кризис», и классик будет вполне созвучен нынешнему времени, в котором будут и свои Шариковы со Швондерами, по поводу и без повода ищущие и находящие если не «разруху», то «кризис». Свинья, как метко подмечено в старинной народной поговорке, везде грязь найдет…

  Итак, ни для кого не секрет, что «кризис» в Украине стал отличным поводом для банков прекратить либо ограничить выдачу денег вкладчикам по депозитам и бессрочным (текущим) вкладам. Как нельзя кстати (и далеко не случайно) Национальный банк Украины издал несколько дублирующих друг друга распоряжений, оправдывающих действия банков и дающих право «посылать» вкладчиков.

  Нормативного значения и обязательности акты НБУ не имеют ровно никакого (ни один суд пока не применил на практике бредовую писанину банковского регулятора, позволяющую «прощать всем, кому мы должны»), однако, для полуимпотентных прокуратуры и милиции акты НБУ оказались как нельзя кстати для повседневного использования: на все заявления вкладчиков о необходимости возбуждения уголовных дел по мошенничеству в отношении банков-отказников у правоохранителей появилась стандартная и удобная «отписка» по образцу: «НБУ разрешил не выдавать депозиты, потому в действиях должностных лиц банка «N» состава преступления не обнаружено».

  Вкладчики вынуждены отстаивать свои права в судах, что достаточно длительно во времени (иногда занимает несколько месяцев), хотя и эффективно, потому что при наличии  судебного решения Государственная исполнительная служба Украины «списывает» деньги в течении нескольких часов, при этом еще и взыскивая в доход бюджета 10% исполнительного сбора. Помимо исполнительного сбора с банка-должника взыскивается моральный вред, затраты на проведение процесса (госпошлина, затраты на адвоката, вызов свидетелей и экспертов и пр.), однако, несмотря на прогрессирующее возрастание потерь должника от судебного процесса – банкам выгодно «держать марку» (в чем заключается выгода – читайте несколько дальше) и не платить до последнего.

  Впрочем, некоторые банки пошли еще дальше в своей циничности и наглости, граничащей с откровенным издевательством и стебом.

  В поле нашего зрения попал «БМ Банк» (дочернее предприятие «Банка Москвы»), который своим вкладчикам, которые, попавшись на удочку красивой рекламы о стабильности банка и его «элитному» (московскому) происхождению вложили деньги и в выплате которым было отказано, прислали новогодние открытки:

Image

Image

  Открытка подобного пошиба была воспринята практически всеми вкладчиками как плевок в душу, особенно надпись «Дружба, начатая в сложные времена, остается навсегда…».

  Неизвестно, на кого были рассчитаны подобные «шедевры» эпистолярного жанра и изложенные литературные изыски, но не на нормальных людей.

  Судите сами: пенсионер несколько лет кряду копил деньги на операцию или многодетная семья, недоедая и ходя в обносках собирала по копейке для того, чтобы разъехаться с коммунальной квартиры – и теперь оказавшись не в состоянии их забрать – получили клочок бумаги с писаниной о «нерушимой дружбе, начатой в тяжелые времена» и намеком, что такая «дружба» дает повод не возвращать деньги… Более того, БМ Банк еще и полагает, что такая «дружба» останется навсегда…

  Всем известен так называемый стокгольмский синдром (синдром заложника) – психологическое состояние, при котором лицо, захваченное террористами в заложники начинает симпатизировать террористам, переживать за них, помогать, отождествляя себя с ними. В «широком» толковании «стокгольмский синдром» предполагает наличие привязанности любой жертвы (не обязательно заложника) к любому посягнувшему на какие-либо права и интересы жертвы (личностные, имущественные, психологические)…

Понятие «стокгольмского синдрома» в психиатрии официально появилось в 1973 году, но как объективное явление, естественно, известно еще на заре человечества. Например, этот синдром проявляется в результате похищения невесты, когда похищенный против своей воли «объект» не совсем симпатичным «похитителем» (посягнувшим на свободу, честь и достоинство женщины) спустя несколько часов соглашается на брачные узы и сожительство. Этот же синдром часто проявляется в результате бытовых «дружеских» изнасилований, в результате чего жертва крайне редко обращается с заявлением в милицию…

Да и зачем далеко ходить: «стокгольмский синдром» проявляется в реальном времени, просто необходимо проявить чуток внимания: не так давно мне пришлось участвовать, как эксперту в съемках социального проекта «Найдем выход» («Знайдемо вихід») на Первом национальном телеканале (автор и ведущая Наталия Розинская), на тему обманутых вкладчиков в различные «Кингс Кэпиталы» и прочей публики типа Робертов Флетчеров.

Аудитория разделилась на два антагонистических лагеря, и самым поразительным (особенно со взгляда со стороны) было поведение одной части аудитории, в которой собрались упомянутые вкладчики, когда они высказывали следующие тезисы: «мы отдали деньги Флетчеру («Кингс Кэпиталу», не важно), нам их не вернули, и наверное вряд ли вернут, но мы верим Флетчеру, боготворим его, за него будем стоять в пикетах под прокуратурой, ночевать в палатках, если надо – соберем любые деньги для его выкупа и освобождения…». Дальше подобные разговоры заканчивались чуть ли не истерикой, главным тезисом которой было «Флетчер – это бог на земле, гений и мессия, он неприкасаемый и непогрешимый, мы мизинца не стоим его идей и помыслов…».

Иногда похожие тезисы озвучивают сторонники той или иной политической партии или лидера, и чем больше «восхваляемый» лидер (партия) кинул – тем значительнее развивается и проявляется синдром. Здесь тоже за примерами ходить не надо – Леонид Черновецкий, которому «любимые бабушки» простят и платный вход на кладбище, и загаженные мусором дворы, и плату за котов и собак, и снесенные скверы, парки и зоны отдыха и прочие «новшества»…

  Очевидно, что идеологи БМ Банка и они же – авторы «идей с открытками» в свое время подверглись этому синдрому с текущим проявлением (став жертвами длительного насилия, в том числе полового) и потому (ставя вкладчиков на свое место) пытаются «зомбировать» обманутых вкладчиков открытками-символами, полагая, что в обмен на клочок бумаги нормальные люди «простят» банку жлобское поведение по невозврату депозитов (а вместе с ними – сорванные сделки, подорванное здоровье, смерть близких и родных (не получивших необходимой платной квалицированной медицинской помощи)…

  Мы предлагаем описанную разновидность «стокгольмского синдрома» в аспекте банковских отношений для точности классификации называть «синдром БМ Банка». Пожалуй, это единственный случай, когда наименование «БМ Банк» принесет хоть какую-то пользу обществу и науке, позволив классифицировать и определять искусственно технологически создаваемую психологическую привязанность жертвы по отношению к преступнику.

  Наше расследование было бы неполным, если бы не одно: создание «стокгольмского синдрома» (пардон, «синдрома БМ Банка») непосредственно для руководителей банка и менеджеров среднего звена имеет весьма положительное значение и возможность поправить имущественное положение:

  Тем, на кого «синдром БМ Банка» не действует, и кто вопреки заверениям о «дружбе» все же проявляет активность в требовании денег, сотрудники банка предлагают возвращать деньги но не просто так, а за «откат» (то есть, обыкновенную взятку).

Хочешь получить свои деньги, которые нам же доверил – плати «отступные», а нет – радуйся, как дебил, с красивой новогодней открытки и продолжай «дружить» с нами – практически официально заявляемая позиция БМ Банка.

Между прочим, для тех, кто будет утверждать, что это недоказуемо – на самом деле такая схема «провокации взяток» доказывается проще простого.

Контролирующим органам (Национальному банку, прокуратуре, МВД, Антимонопольному комитету Украины, СБУ, и другим компетентным органам, которых мы надеемся заинтересовать проделками БМ Банка) необходимо затребовать данные о депозитах и вкладах, которые были возвращены в период действия т. з. моратория на возврат вкладов, объявленный НБУ и которым БМ Банк прикрывается.

Огромное количество вкладов возвращено, независимо от действия моратория. Похвально, конечно, долги необходимо возвращать (и никаких мораториев быть не может) но почему не возвращенными находятся остальная часть вкладов? Чем они хуже или менее «элитны», нежели первая группа? Чем пояснить такую дискриминацию, какие такие «дружественные» мотивы сыграли роль в первом случае?

Ответ на самом деле очень простой: в первых случаях под давлением обстоятельств вкладчики были вынуждены заплатить взятки за возврат своих же денег. Этой схемой грешит не только БМ Банк, но и большинство банков на территории Украины.

Это пособие на тему «как доказывать факт взятки» для правоохранительных органов: различие (дискриминация) между поведением банка по отношению к разным клиентам в одних условиях, в развитых странах этого достаточно для того, чтобы суд присяжных признал зажравшихся жлобов-банкиров виновными в вымогательстве, а Антимонопольный комитет вообще прикрыл «лавочку» подобного «двуликого» учреждения…

А как же потеря клиентов – спросите вы? Ведь человек, который оказался в такой «дружбе» с БМ Банком (или каким другим любителем чужих денег по прикрытием кризиса) вряд ли доверит в будущем свои деньги такому «другу»?

Ответы на самом деле просты:

Во-первых, в подобных случаях менеджмент банка «на местах» вдалеке от базовых акционеров (напомним, что центровым акционером БМ Банка является Банк Москвы, у которого своих забот хватает и который до поры до времени просто не знает о «местных проделках», хотя «дочерка» и активно прикрывается имиджем «старшего брата») думает о сегодняшнем дне и своем, личном кармане, не заботясь о судьбе именно банка (кризис все спишет).

Во-вторых: каждый банк все же надеется на «синдром БМ Банка» – некоторая часть вкладчиков проявит психологическую зависимость, останется преданным клиентом и даже будет агитировать своих знакомых: «а мой банк, в отличие от соседнего, деньги вернул, не все правда, часть (всего-то десять процентов, для хороших людей не жалко) пришлось занести председателю правления, поблагодарить, а они мне еще и открыточку прислали, помнят, любят, очень хороший и чуткий  банк, всем рекомендую…»

И в-третьих: число обманутых и «кинутых» людей, «обжегшихся» на общении подобного рода всегда меньше, нежели число потенциальных вкладчиков, еще не познакомившиеся с банком. Первых – тысячи, вторых – миллионы, потому приток вторых (при хорошей рекламе) всегда будет обеспечен.

Короче, Буратин на «Поле Чудес» всегда хватит…

Благо, и реклама у БМ Банка поставлена «красиво»: билборды, объявления в журналах и газетах (стабильный банк, участник фонда гарантирования вкладов, акционер – Банк Москвы и пр…), да еще и Пенсионный фонд Украины, как видно из официального сайта БМ Банка, признал последний достойным обслуживать пенсионеров.

Очень кстати, украинские пенсионеры, как показала практика, очень любят подачки и проявление внешнего псевдо-внимания: если мэра Киева избрали за гречку, то почему БМ Банк не будут любить за открытки к Новому году?

Будут, еще и как, «синдром БМ Банка» – штука заразная…

Мы намерены продолжить наше расследование в отношении фокусов БМ Банка и его творческих исканий и открыточных «выкрутосов».

Традиционно, мы хотели бы привлечь к анализу описанной ситуации и прекращению нарушений законодательства Национальный банк Украины, Генеральную прокуратуру Украины, Уполномоченного Верховного Совета Украины по правам человека, Министерство внутренних дел Украины, Службу безопасности Украины, Пенсионный фонд Украины (очень некстати доверяющий деньги пенсионеров москвичам), да и сам Банк Москвы («дочерка» по нашему мнению, очень уж заигралась, надеясь на прикрытие шалостей со стороны «материнского» предприятия). Мы будем благодарны нашим читателям за письма и сообщения об других, пока неизвестных нам деяниях БМ Банка, заслуживающих на публичное внимание и рассмотрения.

Результаты нашего расследования, традиционно, станут публичным достоянием.

Алексей Святогор